воскресенье, 21 октября 2012 г.

"Балет рифмуется с полетом..."

Большой балет - проект телеканала "Культура" - удивительная возможность увидеть блестящие образцы классической хореографии в исполнении молодых российских артистов. Артистов, постигающих секреты одухотворенного танца, осмелившихся встать в ряд с выдающимися исполнителями балетных номеров - шедевров мировой хореографии.
Зрителям проекта предоставлена еще одна уникальная возможность - почувствовать, в чем же состоит трудность исполнения современной хореографии артистами, воспитанными в классической традиции. Современные зарубежные хореографы работают с российскими артистами над постановкой  номеров. Как преодолеть "жесткость" академических форм, "переплавить" их в спонтанную, экспрессивную текучую линию танца модерн? Задача сколь трудна, столь и захватывающа.

 

Вы давно не были в театре? Вы не любите балет? Полно! Вы просто не видели прекрасных артистов в прекрасных спектаклях. 
Вам не нужно покупать билеты и идти в театр.
Устраивайтесь поудобнее у телевизора в следующее воскресенье в 20:05. Праздник танца состоится для миллионов телезрителей. Впустите его и в свою душу. 
Почувствуйте балет так, как смог это сделать Андрей Вознесенский в живописном поэтическом "Портрете Плисецкой":

Танец – не только преодоление тяжести.
Балет – преодоление барьера звука.
Язык – орган звука? Голос? Да нет же;
это поют руки и плечи, щебечут пальцы,
сообщая нечто высочайше важное,
для чего звук груб.
Кожа мыслит и обретает выражение.
Песня без слов? Музыка без звуков.
В «Ромео» есть мгновение,
когда произнесённая тишина, отомкнувшись
от губ юноши, плывёт, как воздушный шар,
невидимая, но осязаемая,
к пальцам Джульетты. Та принимает этот
материализовавшийся звук, как вазу,
в ладони, ощупывает пальцами.
Звук, воспринимаемый осязанием! В этом
балет адекватен любви.
Когда разговаривают предплечья, думают
голени, ладони автономно сообщают друг
другу что-то без посредников.
Государство звука оккупировано движением.
Мы видим звук. Звук – линия.
Сообщение – фигура.


суббота, 21 июля 2012 г.

Приумножая красоту...

  Каждый день дает нам радость открытия нового и восхищения тем, на что способна творческая энергия и благородные помыслы человека.

 Сегодня - день, наполненный особым светом. Светом знания, пришедшего из глубины тысячелетий благодаря особенным людям - людям поколения NET.
  
На сайте TED выложен ролик, в котором Уильям Ноэль, музейный куратор из художественного музея Walters Art Museum, поделился историей открытия неизвестного манускрипта Архимеда и двух других манускриптов, что были спрятаны за строками византийского молитвенника.

  Сама запись стоит того, чтобы посмотреть ее от начала до конца
   
     Но гораздо важнее отдельного рассказа об открытии, ставшем возможным благодаря доброй воле владельца и усилиям 17 профессионалов в самых разных областях знания - от физиков до искусствоведов, та идея свободы доступа в Интернете к результатам работы тысяч и тысяч музеев, научных коллективов, писателей, художников, которую озвучивает Уильям Ноэль в финале своей презентации: "Почему же владелец манускрипта сделал это? Потому что он разбирается как в информации, так и в книгах. Если вы хотите обеспечить долговечность книги —спрячьте её в шкаф и ограничьте к ней доступ. Но если же вы хотите обеспечить жизнь информации, организуйте к ней свободный доступ с минимальным контролем. Именно это он и сделал. 
Давайте задумаемся на минутку. Какая выгода от этого институту? А выгода очень даже большая. Можно, конечно, говорить о гуманизме, но мы поговорим об эгоистичных целях. Потому что настоящая выгода вот в чём. Почему люди посещают Лувр? Они хотят увидеть Мону Лизу. А почему они хотят её увидеть? Потому что они уже заранее знают, как она выглядит. А знают они это потому, что её изображения повсюду. В ограничениях нет никакой необходимости. Я думаю, институтам следует публиковать данные под неограниченной лицензией, и для всех это будет только на пользу. Почему бы не сделать свободный доступ к этой информации и не позволить каждому курировать свои коллекции древних знаний и удивительных вещей, преумножая красоту и культурную значимость интернета.
 После просмотра этого ролика мне очень захотелось познакомиться с сайтом музея Walters Art Museum. Ожидания мои не были обмануты, реальность их превосходит многократно. Сайт в полной мере отвечает принципам открытости и культурной значимости Интернет-контента, представленного миру. Это и онлайн-коллекция из более чем 20000 высококачественных цифровых репродукций и фотографий объектов музейной коллекции (музейное собрание насчитывает около 30000 единиц хранения) под лицензией Creative Commons. Потому вся она находится в Вики-складе en.wikipedia.org. Это и раздел кураторов музея, чей вклад в развитие музея как культурного ресурса века двадцать первого представлен на личных страницах со всеми координатами для связи. В век Интернета информация и интересные и важные для нас люди должны находиться на расстоянии руки, протянутой к клавиатуре :).  
 Это потрясающий образовательный раздел, где представлены и семейные программы, и школьные программы для детей от 5 лет, и ресурсы для педагогов,и наконец, раздел игры-квеста для самых маленьких посетителей музея. Для самых маленьких школьников организуются ежемесячно интереснейшие мастерские, которые могут начинаться вне стен самого музея. Так мастерская "Животные в искусстве", рассчитанная на целый день, в первой половине дня начинается в зоопарке Балтимора, а во второй - продолжается в музейных залах. 
    Согласитесь, такой выход за стены музея помогает детям не только воспринимать целостную картину окружающего их мира, но и видеть прекрасное вокруг себя, "считывать" сложные тексты, запечатленные в визуальных формах объектов искусства. 
  А для старшеклассников музей предлагает интереснейшие проекты, в которых интегрируются и социальные, и естественные науки, и лингвистика с математикой, и искусство.
 Не смогла обойти вниманием страницу, невиданную на сайтах других музеев - здесь открыто художественное посольство подростков, увлеченных искусством. Ребята осуществляют свою просветительскую миссию как в самом музее, так и за его стенами. Это вполне отвечает миссии музея, заявленной всему миру и реально воплощаемой в каждодневных делах 
  Удивительный ресурс небольшого музея, чья история началась не так давно - в 1934 году, объединяет вокруг себя и детей, и их семьи, и профессионалов музейного сообщества, и виртуальных зрителей, и ученых, которые имеют возможность пролистать древние тексты от первой до последней страницы, совершить находки, не выходя из сети. Приходите и вы туда, где вам зададут вопрос: What will You discover? - и совершайте свои собственные удивительные открытия, Открытия, которые помогут вам сделать профессионалы 21 века, осуществляющие дерзкий план, озвученный в пятнадцатиминутном выступлении Уильяма Ноэля, куратора проекта archimedespalimp­sest.­org: 
"А в действительности надо собрать все данные вместе, потому что сетевое пространство древних манускриптов в будущем не будет формироваться институтами. Оно будет формироваться пользователями, людьми, собирающими эти данные, людьми, которые захотят собрать все типы карт из разных мест, все средневековые романы, также отовсюду, людьми, которые будут распоряжаться своей неповторимой подборкой удивительных вещей. Это будущее глобальной сети. И это привлекательное и прекрасное будущее, при условии, что мы позволим ему случиться"
Отдельное спасибо Лайфхакеру за публикацию http://lifehacker.ru/2012/07/20/video-uilyam-noehl-o-rasshifrovke-poteryannogo-kodeksa-arkhimeda/
Источники

суббота, 7 июля 2012 г.

О предназначении

Прочла сегодня эту удивительную сказку. И решила, что надо поделиться ею с теми, кто ее еще не читал. А привел к ней меня удивительный блог, который в сети обнаружила совершенно случайно, прямо по Грибоедову: "..шел в комнату - попал в другую", а может быть, туда и надо было попасть? Кто знает...

Итак, читаем

Евгений Пермяк. «Некрасивая елка»

В датском говорящем лесу росли датские говорящие деревья. Они разговаривали только по-датски.
В жаркие солнечные дни, изнемогая от зноя, деревья перешептывались друг с другом так тихо, что даже чуткие птицы не могли разобрать, о чем они шепчутся. Зато как только поднимался ветер, в лесу начинался такой шумный разговор, что его без труда мог услышать всякий.
Самой болтливой в лесу была Осина. Ее голос, звенящий одиннадцатью тысячами листочков, не умолкал и в полдень. Осина любила позлословить, как, впрочем, и Береза. А Елка наоборот. Елка была на редкость молчалива и задумчива. Она, в отличие от своих стройных и красивых сестер, росла не очень красивой. Даже, скажем прямо, совсем некрасивой: однобокой и кривой.
Елку не любили ее лесные братья, хотя ни одному из них она не сделала ничего дурного. Она не затеняла им солнца, не лишала их влаги, не шелестела, как Дуб или Ясень. Вообще она вела себя очень скромна. Но деревья усвоили отвратительную манеру отношения друг к другу — по внешности. По одежке. По красоте ветвей и строению кроны. А Елка была дурнушкой. Это и послужило поводом для насмешек самовлюбленного Ясеня, молодого красавца Клена и Березы с изысканно тонкими ветвями.
Не любили они Елку и потому, что ей оказывал особое внимание Сказочник, пользовавшийся большим уважением в лесу. Он часто садился под елью со своими тетрадями и писал сказки или задумчиво мечтал.
Почему он предпочитал именно ее тень, никто не знал, но болтали в лесу разное.
Ясень говорил, что Сказочник, так же как и Елка, одинок, некрасив и долговяз. Клен находил, будто Елка специально для Сказочника осыпает мягкие иглы, чтобы ему было удобнее сидеть под нею. Береза городила такое, что лучше не повторять этого. И вообще мы не должны брать на себя роль Ветра, который разносит нелепые лесные слухи. К тому же нам давно пора приступить к главному и начать с того, как в лес однажды пришли лесорубы и срубили старый Дуб и как в лесу раздался громкий плач. Плакали дети, внуки, племянники и друзья старого Дуба. Им казалось, что уже все кончено. И особенно после того, как старый Дуб был распилен на кряжи и увезен из леса.
Когда дубовая родня оплакивала свежий пень, появился Сказочник. Ему тоже было жаль, что в лесу не стало зеленого богатыря, трехсотлетнего Дуба. И его слеза капнула на срез пня.
Но слезы никогда не помогают горю. Зная об этом, он решил рассказать сказку о том, во что иногда превращаются деревья, когда их увозят из леса.
— Господа, — сказал он по-датски, обращаясь к деревьям, — не угодно ли вам прослушать сказку о вашем завтрашнем дне?
В говорящем лесу стало тихо. Деревья насторожили свои листья и стали слушать.
— Никому из вас, как, впрочем, и мне, — начал Сказочник, — не хочется покидать этот прекрасный лес. Но не все, уходя из него, перестают жить. Не все, оказавшись срубленными, умирают.
Лес зашумел и насупился. Начало сказки деревьям показалось не более чем утешительным враньем.
Сказочник подал знак. В лесу стало снова тихо.
— А известно ли вам, господа, что Дуб проживет еще сотни и сотни лет, когда он станет дубовым резным потолком библиотеки? А он станет именно им. Так ли уж плохо это, господа деревья?
Деревья одобрительно зашелестели. Теперь Сказочник, овладев вниманием слушающих, спокойно уселся на золотой ковер мягкой еловой осыпи и стал говорить о том, как снова придут в лес лесорубы и спилят созревшие деревья, не давая им сгнить на корню и превратиться в ничто. Спиленные деревья станут домом, мостом, музыкальными инструментами, мебелью или паркетным полом, чтобы жить и служить поколениям.
— Так ли уж это плохо, господа? — сказал он и продолжил сказку о том, как одна мечтательница Сосна превратилась в корабельную мачту и побывала в Индии, Китае, на Курильских островах… Стал рассказывать, как одна Осина стала тридцатью тремя корытами.
— Превращение в корыта хотя и не так заманчиво, — сказал он, — все же стать корытом лучше, чем никем, ничем и ни для кого.
— Это верно, — заметила слегка обиженная Осина, — превратиться в корыта куда приятнее, нежели стать дровами. Да, дровами, — повторила она, покосившись на некрасивую Елку и окидывая ее неприязненным взглядом от корня до вершины.
Заметив этот взгляд, самовлюбленный Ясень спросил Сказочника:
— А почему бы вам не рассказать об еловых дровах?
— Вот именно, — поддержал надменный Клен. — Это бы вселило радужные надежды нашей общей знакомой.
Сказочник смутился. Ему не хотелось огорчать некрасивую Елку. Он любил ее. Он жалел ее. Но правда выше любви и жалости.
— Господа, — тихо сказал Сказочник, — разве уж так плохо сгореть для других? Ведь должен же кто-то радовать детей и согревать их в зимнюю стужу. Должен же кто-то выпекать хлебы и плавить металл.
— Да, конечно, конечно, господин Сказочник, кто-то должен это делать, — подтвердил Ясень. — Но согласитесь, что все-таки лучше стать полированным столом или буфетом, нежели золой и пеплом.
— Хотя, — усмехнулась Береза, — зола тоже на что-то нужна. Ею, кажется, чистят кастрюли, посыпают тротуары. Так ли уж это плохо, господа? — прошелестела она, издевательски повторяя фразу Сказочника.
Деревья дружно захохотали.
Сказочник снова умолк, а затем, коснувшись рукой Ели, сказал в раздумье:
— Впрочем, никто не знает, как может повернуться судьба. Одни, собираясь жить в веках, забываются ранее, чем увядают цветы на их могилах. Другие, живя скромно и тихо, ни на что особенное не рассчитывая, не думают о бессмертии, а оно, несмотря на это, приходит само. Не отчаивайтесь, некрасивая Елка! Как знать, может быть, все будет по-другому.
С тех пор прошло много лет. Деревья выросли и возмужали. Под некрасивой Елкой жили муравьи. Сказочник давно уже не появлялся в лесу, и, как сообщил Ветер, Ель больше никогда не укроет его прохладной и ласковой тенью своих ветвей. Два лесоруба — Время и Возраст — сделали свое дело.
— М-да! — сказал Ясень. — Хотя он и ярко горел… хотя нам от него было тепло и радостно, все же он сгорел, как сгорают дрова.
— Вот именно, — подтвердил Клен, ставший еще выше и надменнее. — Если выражаться образно, то он был среди людей не более чем некрасивая Елка. То ли дело мы! Мы — ценные деревья. Мы можем превратиться во что угодно: и в спальню королевы, и в трон короля.
Елка молча слушала хвастливые, самодовольные рассуждения, и тонкие струйки смолы катились по ее шершавой коре. Елка не переставала верить, что она встретится со Сказочником и услышит знакомые слова любимых сказок.
Но напрасно. С ним можно было теперь встречаться только во сне. Поэтому Елка часто дремала, надеясь увидеть золотой сон. А он не приходил. Зато пришли лесорубы. Лесорубы спилили созревшие деревья, и каждое из них получило свое назначение. У поваленной Сосны обрубили ветки и верхушку, затем доставили ее на корабельную верфь. Она будет высокой мачтой.
Ясень, Клен и Береза были отправлены на мебельную фабрику. Осину предназначили для корыт.
Дошла очередь и до некрасивой Елки. Ее распилили на мелкие чурбаки.
«Так и есть, — подумала Елка, — я стала дровами. Теперь мне только остается сгореть так же ярко, как сгорели вы, дорогой друг, озаряя нас волшебным светом своих сказок».
Готовясь отправиться в топку котла или камина, Елка забыла слова Сказочника о том, что «никто не знает, как может повернуться судьба».
Судьба Елки повернулась самым неожиданным образом. Елка попала на бумажную фабрику и превратилась в ослепительно белые, тонкие, плотные листы бумаги.
Теперь перед нею открылись тысячи возможностей. Она могла стать конвертами и совершать на всех видах транспорта почтовые путешествия. Она могла оказаться газетой или географической картой. Она могла стать нарядной театральной афишей и зазывать людей на представление.
Мало ли куда идет бумага… Но не будем, однако, строить предположения. Все оказалось куда лучше, чем может нарисовать самое пылкое воображение.
Елку отправили в типографию, и там она стала превращаться в книгу. В какую? Книга книге рознь. А она стала превращаться в прекрасную книгу сказок. Это она почувствовала тотчас, как на ней появились отпечатанные блестящей черной краской дорогие ее сердцу слова…
Это были сказки, слышанные ею в дни юности в говорящем лесу.
— Неужели мы с вами встретились снова? — сказала Елка, ставшая бумагой, и увидела Сказочника.
Он появился на первой странице — отпечатанный великолепными портретными красками.
— Теперь я вижу, — сказала она, — что не все, оказавшись срубленными, умирают. Мы стали жить с вами книгой сказок.
Искусные руки переплетчика одели книгу в нарядную одежду с золотой отделкой и затейливым тиснением.
Как она красива была теперь! На нее можно было любоваться часами, читать и слушать сутками напролет. Ее бережно брали и очень осторожно листали. Сказки смешили и радовали. Сказки учили мудрости, возвышали души, согревали сердца, будили ненависть к злу и утверждали светлое.
Вскоре Елка, став книгой, очутилась на серебристой березовой полке в самом лучшем ясеневом шкафу библиотеки. Она сразу узнала этот шкаф. Он оказался таким же самовлюбленным, каким рос в сказочном говорящем лесу. Ясеневый Шкаф очень громко хвалился своей новой жилицей на центральной полке:
— Видишь ли ты, Кленовый Стол, какое сокровище живет во мне?
— Да, — ответил Кленовый Стол. — Какие мы благородные деревья!
— Как бы позавидовала нам та некрасивая Елка, — обрадовалась Березовая Полка, — как бы позавидовала она, если б могла увидеть, во что мы превратились! С какой отличной книгой живем мы теперь в соседстве! Что ты скажешь на это, старый Дуб? — обратилась Березовая полка к Резному Потолку.
Мудрый Резной Потолок хитро усмехнулся с высоты своими замысловатыми узорами и застыл в своей изумительной орнаментальной улыбке.
Он, видимо, все понял.
Теперь у Елки были все основания произнести сокрушительную отповедь по адресу Клена, Ясеня и некоторых других, глумившихся над нею. Но она ничего не сказала, потому что это была добрая, великодушная, настоящая елка. А она могла бы сейчас отчитать их не только по-датски, но и по-английски, и по-немецки, и по-русски, и по-французски. Потому что всемирно известная книга датского сказочника разговаривала на всех языках мира. Даже на тех, которые пока еще не имеют букв и грамматики. Она сумела бы их отчитать и на этих языках…
Но разве счастье в торжестве низменной страсти возмездия? Это жалкая радость слабых. Ради этого не стоило рассказывать сказку о бессмертии прекрасного.
Вот и все. 

воскресенье, 10 июня 2012 г.

Суми-е. Начинаем самообучение

Пока я не освоила технику четырех мазков, это самый первый результат просмотра  обучающего ролика на Youtube.
Вот что у меня получилось.
на рисовой бумаге

на акварельной бумаге
Однако, стоит познакомиться с Четырьмя Джентльменами, как они того заслуживают. Так называют четыре типа мазков, у каждого из которых есть свое имя "Бамбук", "Дикая орхидея", "Хризантема", "Цветущая слива".  Для этого даже прописи есть: